Александр Лукашенко. Коллаж: Новая Польша
Александр Лукашенко. Коллаж: Новая Польша
05 сентября 2022

Агрессор Беларусь. О роли Минска в российско-украинской войне

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK

Какова роль Беларуси в войне России против Украины, за что необходимо судить Александра Лукашенко, имеет ли Украина право атаковать военные цели на белорусской территории? Публикуем интервью Евгения Приходько с доктором юридических наук Лодзинского университета Томашем Ляховским.

Евгений Приходько: С территории Беларуси РФ бомбит украинские города и убивает людей, на белорусских аэродромах размещены российские самолеты, через белорусскую железнодорожную инфраструктуру Россия перебрасывает военную технику… Как с точки зрения международного права можно охарактеризовать действия Беларуси в войне России против Украины?

Томаш Ляховский: Международное право дает этому вопросу однозначную оценку. Под определение «акт агрессии» подпадает ситуация, когда одна страна предоставляет свою территорию другой, чтобы та совершила вооруженное нападение на третью. Беларусь — страна-агрессор. Это определение было принято в 1974 году в резолюции Генеральной ассамблеи ООН. резолюция «Определение агрессии», 3314 (XXIX) В контексте российско-украинской войны действия белорусского режима являются классическим примером агрессии.

С территории Беларуси, на которой дислоцируются войска РФ, вылетают российские истребители, оттуда россияне обстреливают территорию Украины. На специальной сессии ООН 2 марта 2022 года 141 страна проголосовала за то, чтобы признать Беларусь, как и Россию, страной-агрессором. Против этого решения выступило пять государств — Россия, Сирия, Северная Корея, Беларусь и Эритрея. Голосование было политическим, но оно также показало, что для всего мира определение агрессии 1974 года приемлемо также и в настоящее время и что Беларусь играет роль соагрессора.

ЕП: То есть Украина в будущем сможет взыскать репарации и с Беларуси?

ТЛ: Теоретически да, поскольку Беларусь нарушила одну из важнейших норм международного права так называемую императивную норму, jus cogens (лат.) — запрет агрессии, поэтому она должна выплатить репарации в той или иной форме. Важно помнить, что репарациями могут считаться даже принесенные официальным лицом извинения за то, что его государство причастно к нарушению целостности другой страны. Однако речь может идти и о финансовых выплатах — в этом случае необходимо оценить ущерб, нанесенный атаками с территории Беларуси. Но в этом вопросе очень много политики. Каким будет мирный договор после победы Украины? Будет ли это соглашение между Украиной и Россией? Или же Украиной, Россией и Беларусью? А может, будет заключено два соглашения — отдельно с Россией и отдельно с Беларусью? Все зависит от того, будет ли Беларусь участвовать в мирных переговорах и потребует ли Украина от нее репарации. На мой взгляд, Киеву еще предстоит оценить, какие можно получить выгоды от привлечения Беларуси к ответственности, поскольку для решения этого вопроса потребуется собрать отдельную политическую коалицию.

ЕП: Беларусь является таким же агрессором, как и Россия. Означает ли это, что Лукашенко может быть осужден за военные преступления, как и Путин?

ТЛ: Скорее за преступление агрессии. И тут чрезвычайно важно, кто будет рассматривать дело Лукашенко. Дело в том, что Международный уголовный суд в Гааге, с одной стороны, может рассматривать дела, связанные с преступлением агрессии. Но есть одно большое «но»: в случае агрессии между государствами этот суд не может судить лиц, представляющих страны, не подписавшие и не ратифицировавшие Римский статут. А Беларусь и Россия — именно такие страны. То есть суд в Гааге может судить российское и белорусское руководство, а также российских военных за геноцид, военные преступления и преступления против человечности, однако за преступления агрессии — нет. Поэтому Украина сейчас требует от международного сообщества создать отдельный Специальный трибунал, который бы занимался преступлениями агрессии, в частности, судил и руководство Беларуси.

ЕП: Можно ли измерить уровень ответственности Беларуси в конкретном случае, когда россияне выпускают с ее территории ракету, вследствие чего в Украине гибнут люди?

ТЛ: Это непросто, поскольку ситуация следующая: россияне на территории Беларуси отдавали преступные приказы. С точки зрения уголовного права невозможно привлечь к ответственности белорусскую сторону, поскольку белорусская власть таких приказов не отдавала, во всяком случае сейчас нам об этом ничего не известно. Ответственность Беларуси за агрессию — это уровень государства (публичного международного права), а не конкретных лиц (национального либо международного уголовного права). Иными словами, в случае, о котором вы говорите, ответственность полностью лежит на российских военных и российском руководстве.

ЕП: А если говорить о гражданах Беларуси, помогающих российским военным осуществлять преступления, — тех, кто подвозит горюче-смазочные материалы, работает на аэродромах, где размещены российские самолеты? Получится ли таких людей привлечь к ответственности за соучастие в вооруженном нападении на Украину?

ТЛ: Вполне возможно. Если бы соответствующее уголовное дело подали в украинский или международный суд, то прокурор должен бы был оценить степень участия такого человека в преступлениях в Украине и его влияния на них. Это уже разговор о конкретных, а не общих действиях, о которых мы говорили выше.

ЕП: Сегодня часто можно услышать, что Беларусь оккупирована Россией, что Лукашенко — марионетка Кремля и ничего не решает. Подобные утверждения снимают ответственность за преступление агрессии Беларуси против Украины?

ТЛ: Не снимают, поскольку Беларусь все еще является субъектом международного права. Александр Лукашенко — узурпатор, он не является представителем легальной власти, но даже в случае, когда кто-либо де-факто, а не де-юре принимает решения от имени всей страны, эта страна все равно несет ответственность.

Верно ли говорить, что Беларусь оккупирована? Я был бы крайне осторожен с подобным определением, поскольку Россия не поглотила Беларусь. Да, Кремль контролирует ситуацию в соседней стране, но это не снимает ответственности с белорусского режима.

ЕП: А если выйти за пределы права — какова ответственность белорусского общество с морально-этической стороны? Можем ли в этом случае говорить о коллективной ответственности?

ТЛ: В Беларуси, разумеется, есть безвольная масса, так называемые совки, поддерживающие войну. Однако в большинстве своем белорусы против нее. Немало белорусов воюет за Украину, например полк имени Кастуся Калиновского. Также известно, что в Беларуси партизаны подрывали железнодорожные пути, чтобы помешать россиянам поставлять оружие на территорию Украины. Я бы не сказал, что в моральном плане белорусское общество виновато в той же мере, что и российское. Большинство россиян активно поддерживает или по меньшей мере одобряет действия Путина. На россиянах лежит коллективная моральная и политическая ответственность за преступления РФ в Украине.

ЕП: Если белорусская армия пересечет границу и нападет на Украину, как изменится статус Беларуси с точки зрения международного права?

ТЛ: Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо краткое введение. В контексте военных действий может быть два правовых режима. Первый — jus ad bellum, право на ведение войны в соответствии с которым мы оцениваем, в каком качестве страна вступила в войну — агрессор она или жертва. В этом плане, как я уже говорил, Беларусь является агрессором. Второй правовой режим — jus in bello право во время вооруженных конфликтов — уже касается законов и обычаев войны. Тут не существует категории лучший или худший, речь идет о правах и обязанностях, таких как: солдаты не могут атаковать гражданские объекты, например, школы и больницы, это военное преступление.

Таким образом, Беларусь сейчас находится лишь в первом правовом режиме jus ad bellum, в jus in bello ее нет. Если бы белорусская армия непосредственно включилась в войну, то с перспективы режима jus in bello с ней можно было бы воевать — как в Украине, так и на территории Беларуси. Однако сейчас — нельзя. Именно поэтому украинское войско не вполне может атаковать объекты в Беларуси, хоть с ее территории и наносятся удары. Украина это понимает, поэтому и не делает этого, ведь подобные действия могут иметь политические последствия.

С точки зрения международного права территория Беларуси не является театром военных действий. Сейчас им являются только территории Украины и России, поэтому украинские атаки на какие-либо военные цели в России являются легальными, ведь вся территория РФ является театром военных действий. Так же, к сожалению, как и территория Украины. Беларусь же сейчас является агрессором, но не стороной военного конфликта, как бы парадоксально это ни звучало.

ЕП: Лукашенко угрожает Польше атомной бомбой. Как оценивать эти его слова?

ТЛ: Это угрозы силой, что является грубым нарушением устава Организации объединенных наций. cтатья 2 (4) Когда глава другого государства делает такие заявления, Польша, безусловно, чувствует угрозу. Лукашенко, без сомнения, нарушает международное право в отношении Польши. Как реагировать — большой вопрос. Польша не может выслать войска, поскольку это станет непропорциональным ответом: белорусский диктатор только угрожает, а мы что — сразу отправляем армию?

ЕП: Учитывая вышесказанное, должны ли быть на Беларусь наложены такие же санкции, как и на Россию?

ТЛ: Теоретически да, но вопрос санкций — это всегда политическое решение. Само решение имеет правовые основания, но их масштаб и то, каких областей они будут касаться, решается политически. Да, по-хорошему на Беларусь необходимо наложить такие же санкции, как и на Россию, но с политической точки зрения это вопрос позиции того или иного государства, вводящего ограничения. Не существует правила, в соответствии с которым за то или иное действие налагались бы те или иные санкции.

Перевод с украинского Ии Кивы

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK
Евгений Приходько image

Евгений Приходько

Автор «Новой Польши». Писал для «Европейской правды», BCC Ukrainian, Лиги.Net и других всеукраинских изданий. Выпускник факультета…

Читайте также