«Девочка с колосками» на фоне пшеничного поля, загоревшегося в результате обстрелов российской армией. Коллаж: Новая Польша
«Девочка с колосками» на фоне пшеничного поля, загоревшегося в результате обстрелов российской армией. Коллаж: Новая Польша
12 октября 2022

«Через 90 лет после Голодомора Путин захотел повторить преступление Сталина»

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK

Несмотря на большую войну, в Киеве продолжается строительство Музея Голодомора-геноцида, который будет рассказывать об уничтожении украинской нации. Это самый масштабный культурный проект за годы независимости Украины. Публикуем интервью с председателем Наблюдательного совета Международного фонда музея Иваном Васюником.

Иван Васюник. Источник: Международный благотворительный фонд Музея Голодомора-геноцида

Евгений Приходько: Как полномасштабная война повлияла на строительство Музея Голодомора-геноцида?

Иван Васюник: Вторжение России на некоторое время приостановило этот процесс, но сейчас работы понемногу возобновляются. С началом большой войны приоритеты украинской нации и руководства страны в корне изменились. Все усилия власти и общества направлены на победу. Будет победа — закончим музей.

Будущий комплекс гармонично вписывается в окружающую среду, хоть и строится в достаточно сложном месте — возле Лавры, где пролегает несколько охранных зон ЮНЕСКО. Поэтому эскизный проект пришлось согласовывать с этой организацией. Это будет современный инновационный музейный комплекс, выполненный по европейским стандартам.

Главное — качество проекта. Поэтому, я считаю, не стоит спешить завершать Музей к 90-й годовщине Голодомора в ноябре 2023 года, как планировалось раньше. При нормальной, беспрепятственной работе понадобится еще несколько лет, чтобы закончить строительство.

Строительство Музея Голодомора-геноцида, август 2022 года. Фото: Мелинда Симмонс / твиттер

ЕП: Будет ли в музее освещаться тема полномасштабной российско-украинской войны?

ИВ: Да, ученые музея уже работают над изменениями в проекте экспозиции, чтобы объединить темы Голодомора и большой войны.

Современный музей — отнюдь не место для пропаганды. Это место для правды, подтвержденной научными исследованиями, это площадка, где человек может сопоставить факты и сделать собственные выводы о том или ином событии.

Планируется, что площадь экспозиции составит примерно четыре тысячи квадратных метров. Над ее проектом работает консорциум лучших европейских компаний в этой области — польской Nizio Design International и британской Haley Sharpe Design. Как председатель наблюдательного совета Международного благотворительного фонда Музея Голодомора-геноцида я не могу комментировать содержание экспозиции до тех пор, пока она не будет завершена и представлена общественности. То, что над экспозицией работает многочисленная группа украинских историков, юристов, музеологов в сотрудничестве с дизайнерами мирового уровня, свидетельствует о том, что она будет высокого качества.

Проект интерьера здания музея. Источник: Nizio Design International

ЕП: Когда в Варшаве создавался Музей истории польских евреев POLIN, к работе над ним привлекли более 200 историков из разных стран. Сколько экспертов трудится над контентом Музея Голодомора-геноцида?

ИВ: Более ста специалистов, и не только из Украины. Музей активно сотрудничает с научными центрами, Академией наук и всеми институциями, которые занимались или занимаются исследованиями темы Голодомора.

ЕП: Соавтор проекта здания музея — польская студия Nizio Design International. Расскажите, что будет символизировать сооружение?

ИВ: Участие Мирослава Низё руководитель студии, один из самых известных польских архитекторов, соавтор и создатель постоянной экспозиции Музея Варшавского восстания, Музея истории польских евреев POLIN и др. было очень важным в плане осмысления самого здания музея: оно символизирует разлом украинской земли, из-под которой поднимается правда о Голодоморе. Правда, которая замалчивалась долгие десятилетия.

Очень приятно сотрудничать с таким профессионалом, как Мирослав Низё: он искренне сопереживает, сердцем чувствует трагедию, о которой мы хотим рассказать. Я видел его глаза, когда он несколько лет назад был в Киеве в День памяти жертв Голодомора.

Проект здания музея. Источник: Международный благотворительный фонд Музея Голодомора-геноцида
Проект здания музея. Источник: Nizio Design International

ЕП: Был ли использован опыт польских музеев при создании Музея Голодомора-геноцида?

ИВ: Я считаю, что Польша — лидер музейного дела в Европе. В течение последних десятилетий она построила музей Второй мировой войны, Музей истории польских евреев POLIN, Музей Варшавского восстания и другие. Музей Голодомора по масштабу сопоставим с этими проектами, но по-своему уникален.

Наша цель — создать современный музей на самом высоком мировом уровне. Он должен быть доступен и понятен любой аудитории, особенно учитывая, что тема Голодомора психологически очень тяжелая.

ЕП: Какова стоимость строительства и что уже удалось профинансировать?

ИВ: Общая смета составляет примерно 60 миллионов долларов. Собственно строительство финансируется государством и ведется под патронатом президента Владимира Зеленского.

Что касается экспозиции, окончательная стоимость станет известна после завершения проектирования. За последние полтора года с помощью благотворителей мы профинансировали работы на 900 тысяч долларов, в том числе услуги студии Мирослава Низё по архитектурному проектированию и вступительной художественной концепции. Следующий этап — рабочее проектирование экспозиции. Это еще несколько миллионов долларов.

И все это деньги наших благотворителей, из которых 95 % — украинцы. В частности, поступают солидные взносы от украинских предпринимателей. Например, владелица компании «Фармак» решила задонатить более миллиона долларов и уже перечислила более 300 тысяч. Поступил немалый взнос от одной из крупнейших украинских IT-компаний SoftServe: около 200 тысяч долларов. Еще ряд компаний перечислили по 50–100 тысяч.

Кроме того, фонд создал уникальную краудфандинговую платформу «Зерна Правды», на которой около 30 известных публичных людей из Украины и зарубежья организовали свои кампании сбора средств. Это возможность для простого человека, украинца или иностранца, сделать вклад непосредственно через платформу. За очень короткое время таким образом мы собрали около 10 миллионов гривен.

Одной из самых успешных кампаний на платформе была кампания, которую ведет глава Украинской греко-католической церкви Блаженнейший Святослав. По нашим подсчетам, уже около 100 тысяч верующих УГКЦ перечислило средства на проект экспозиции музея.

Война остановила этот процесс, ведь понятно, что все усилия и возможности благотворителей — и крупных компаний, и обычных людей, волонтеров — направлены на победу, помощь украинской армии. Сейчас мы, в частности с Мирославом Низё, обсуждаем возможность привлечь средства не только украинских благотворителей, но и благотворителей из стран-партнеров, наших друзей. То есть строительство Музея Голодомора-геноцида — это проект государственно-частного партнерства.

ЕП: Вы занимаетесь темой Голодомора почти 30 лет. Как менялось отношение украинского общества к этой трагедии?

ИВ: Вспоминаю начало нулевых, когда украинская оппозиция во главе с тогдашним экс-премьером Виктором Ющенко организовала в Киеве первое символическое шествие памяти — от Софийской площади до небольшого знака памяти жертв Голодомора на Михайловской площади. Участие в шествии приняло около 10 тысяч человек — они шли со свечами; были главы украинских Церквей. Помню, с каким страхом тогда к этому отнеслась власть. Помню, как потом во время президентства Ющенко люди уже сами, без специального приглашения приходили на мероприятия в честь памяти жертв возле Лавры, к скульптуре «Девочка с колосками», ставшей символом Голодомора.

Если в 2010–2012 годах в день памяти, в четвертую субботу ноября, зажечь свечу организованно приходили 4–5 тысяч человек, то в этот же день в 2013 году, когда в воздухе уже повисло напряжение после отказа от ассоциации с ЕС, собралось около 15 тысяч человек. А через несколько дней начался Майдан.

Когда в 2003 году начиналась кампания «Свеча в окне», то большим успехом было увидеть эти огоньки памяти в отдельных киевских окнах. А теперь это уже традиция.

На пути признания Голодомора геноцидом важной вехой был 2006 год, когда Верховная Рада приняла соответствующий закон. Правда, тогда парламент немного его урезал: опустил последнюю статью об уголовной ответственности за непризнание Голодомора геноцидом, чем воспользовался господин Янукович. Уже в феврале или марте 2010 года он заявил, что не признает Голодомор геноцидом.

Строительство Музея Голодомора-геноцида в процессе признания этой трагедии геноцидом и ее осознания также является серьезным статусным этапом. Аналогичные трагедии в большинстве стран давно музеефицированы, например, Яд Вашем в Израиле. То, что Украина помнит об этой трагедии, в очередной раз доказывает, что у нас зрелое государство, ведь помнить — значит не допустить повторения.

Проект интерьера здания музея. Источник: Nizio Design International

ЕП: Какую роль Голодомор сыграл и играет для украинского самосознания?

ИВ: Многие именно через память о Голодоморе по-настоящему пришли к ощущению себя украинцем.

В течение последних 10–15 лет тема Голодомора была одной из немногих исторических тем, объединявших украинцев: около 90 % населения, как на западе, так и на востоке страны, считало Голодомор геноцидом украинской нации.

Правда об этом преступлении раскрывалась разными путями. Сперва о нем начали говорить в кругу семьи люди, которые еще недавно боялись касаться этой темы. Потом стали издаваться научные исследования и популярные книги украинских и зарубежных историков. Общество услышало правду и от президента Виктора Ющенко. В последние годы выходят художественные фильмы о Голодоморе, например, «Мистер Джонс» режиссера Агнешки Холланд.

Через 90 лет после Голодомора Путин захотел повторить преступление Сталина и уничтожить украинскую нацию. Сегодня, когда частично раскрыта правда о Буче, Изюме, когда известны факты разрушения зернохранилищ и вывоза в Россию украинского зерна, — прямые аналогии об уничтожении украинской нации напрашиваются сами. Об этом уже говорят ученые с мировыми именами, например Тимоти Снайдер или Энн Эпплбаум.


Намерения российских лидеров остаются неизменными. В 1930-е годы Москва убила по меньшей мере семь миллионов украинцев. Этого бы не произошло, если бы у нас было свое государство. Нынешние попытки Кремля уничтожить нас не дадут результата, потому что у украинцев есть собственное государство, собственная армия и много верных друзей. Тема войны объединила украинцев и поляков, да и вообще весь цивилизованный мир. К большому сожалению, это страшное горе, но это единственный путь, чтобы создать демократическое будущее и отстоять свободу.

ЕП: Директор музея Аушвиц-Биркенау Петр Цивинский как-то сказал, что ему хотелось бы, чтобы посетители выходили из бывшего концлагеря не столько расстроенными и разбитыми, сколько решительно настроенными не соглашаться с проявлением ненависти, унижением других. Чему посетителей будет учить Музей Голодомора-геноцида?

ИВ: Полностью согласен с таким подходом. Голодомор — ужасная трагедия, но все же она не сломила наш народ. После посещения музея украинцы будут выходить с пониманием того, что их нация, пережив такую трагедию и выстояв, оказалась неистребима и несокрушима. На выходе с экспозиции будет смотровая площадка с видом на Днепр и процветающий Киев. По замыслу дизайнеров, такой пейзаж должен закрепить жизнеутверждающее настроение гостей музея.

ЕП: Можно сказать, что Музей Голодомора-геноцида — самый масштабный музейный проект за всю историю независимости Украины?

ИВ: Да, это самый большой культурный проект. Он начался сразу после Революции достоинства во время президентства Порошенко. В 2019 году Владимир Зеленский сразу после избрания его президентом подтвердил приоритетность проекта и отметил, что сохранение памяти о Голодоморе, строительство Музея — это дело не только чести, но и самого существования украинской нации.

Начиная с 2018 года государство финансирует строительство — уже более 50 миллионов долларов. И очень радует то, что в Украине параллельно активно обсуждается еще как минимум два музейных проекта подобного масштаба — музей Бабьего Яра и музей Революции достоинства. Это хорошее начало на пути становления полноценного украинского государства. В Украине уже стало хорошо известным крылатое выражение Уинстона Черчилля, который говорил: за что мы тогда воюем, если не за культуру?

Перевод с украинского Ольги Чеховой

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK
Евгений Приходько image

Евгений Приходько

Автор «Новой Польши». Писал для «Европейской правды», BCC Ukrainian, Лиги.Net и других всеукраинских изданий. Выпускник факультета…

Читайте также