Елена Костюченко. Источник: Новая Польша
Елена Костюченко. Источник: Новая Польша

Елена Костюченко: Россияне все виноваты

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK

Корреспондентка «Новой газеты» Елена Костюченко больше месяца провела в Украине. Мы спросили ее, что она видела на этой войне, как пережить увиденное и каково сейчас быть россиянкой.

Цитаты

«Первые несколько дней я все время ждала, когда проснусь. Сейчас кошмар зайдет в свой логический тупик, я проснусь — и ничего этого нет, и я всем расскажу, какой страшный сон мне приснился. Но проснуться не получилось».

«Всю командировку я получала гигантское количество помощи от украинцев. Это было не потому, что я им как-то особенно симпатична, а потому что они надеялись через мои тексты, через мою работу донести до россиян, что происходит. Месяц идет война, а люди верят, что россияне могут как-то очнуться и прийти в себя. Это та вера, которой нет у многих россиян».

«История, что Украина наполнена националистами, для которых русские — второй сорт, неправда. Я встретила всего двух человек, которых можно условно назвать националистами. У одного из них я спросила, что это значит, и он ответил: “Я люблю украинский язык больше русского, а Украину — больше, чем Россию” — “Мы называем это патриот” — “Понял, тогда я патриот”».

«В холодильных помещениях было два детских тела: семнадцатилетняя девочка, а на ней лежала ее трехлетняя сестра. Я расскажу, каким страшным национализмом занимались эти девочки, которые погибли в процессе “денацификации” Украины. Одна разогревала еду на плите, а вторая вышла играть во двор. Видимо, для того, чтобы предотвратить то, что они делали — я не знаю, для чего еще,— был открыт артиллерийский огонь».

«Невозможно быть готовой, когда твоя страна агрессор, когда твоя страна напала. Я россиянка и я продолжаю считать себя россиянкой. Россия — это моя страна. Когда твоя страна совершает чудовищные преступления, получается, что тебе надо как-то с этим жить дальше и искать пути сопротивления этим преступлениям».

«Это чувство стыда, с которым я продолжаю жить… Не могу сказать, что оно непривычное, потому что я много писала о том, что происходит в России. Это государство безжалостно не только к украинцам, но и к своим гражданам. Людоед сначала ел тех, кто близко, он уже потом переключился на дальние страны».

«Ты сидишь под артобстрелом и знаешь, что это не какой-то там Гитлер нажал на кнопку, а это твои сограждане сейчас пытаются убить всех, кто находится на этой территории. И тебя тоже. Это странное чувство».

«Мы [россияне] все виноваты в том, что ситуация дошла до той точки, до которой она дошла. Путин не свалился к нам с Марса, он правил Россией больше двадцати лет. Мы не воспользовались тем временем, которое у нас было, для того, чтобы поменять власть в своей стране. Было очевидно, что все закончится большой кровью. Нас есть, за что не любить, и нас есть, за что ненавидеть».

«Мы не можем сместить его с поста президента России. Вот это реальная проблема. То, как к нам относятся… Думаю, нам можно поучиться у немцев, которым пришлось полностью пересобрать свою идентичность. Те немцы, которые назывались немцами в 1930 году, и те, которые назывались немцами в 1960-м, — это два разных народа. Если мы хотим сохраниться как народ, нам предстоит что-то вроде того же самого».

«Одна из ключевых базовых ценностей заключалась в том, что русский — это тот, кто защищает тех, кто слабее. Вторая базовая ценность — украинцы для нас родные. Не братский народ, а просто родные нам люди. Третья ценность — русский человек не способен на предательство. В массовом сознании все эти ценности были разрушены месяц назад».

«Я не то чтобы хочу сесть, но бегать от тюрьмы я тоже не считаю нужным. Отказываться от своей страны ради того, чтобы не сесть в тюрьму, для меня странно».

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK
Татьяна Кучинская image

Татьяна Кучинская

Журналистка, SMM-менеджерка «Новой Польши». Изучала международную журналистику в СПбГУ и международные отношения в Академии финансов и…

Читайте также