DJ Віка. Фото: Гжегож Кухарский / Hulakula
DJ Віка. Фото: Гжегож Кухарский / Hulakula

Виргиния Шмит: Мне 83, я — диджей, и это прекрасно!

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK

Она ломает стереотипы и вдохновляет других, собственным примером доказывая: можно оставаться молодым, ярким и активным, даже разменяв девятый десяток. Виргиния Шмит — старейший диджей в Польше. Публикуем ее рассказ о себе от первого лица.

Мне 83, я — диджей, и это прекрасно! Я не стесняюсь своего возраста, мне он нравится. Иногда женщины спрашивают меня, почему я не скрываю, сколько мне лет. А что, я должна врать? Знаете, человек свободен тогда, когда он честен. Вот, например, у меня седые волосы, и я никогда не пыталась это скрыть или изменить. Не делала никаких омолаживающих процедур.

Я была первой в Польше, кто решился популяризировать активную старость. Мой второй муж был дипломатом, и в конце 1980-х мы несколько лет жили в Швейцарии. На местном телевидении шли передачи для людей преклонных лет про таких же, как они. Ведущие тоже были пожилые. Потом мы вернулись в Польшу, а здесь — ничего подобного. Я спрашивала журналистов: почему вы не делаете материалы про пожилых? А они мне прямо отвечали: ой, да кто будет смотреть на стариков!

Яркие, веселые и красивые

Я всю жизнь проработала в исправительном учреждении для подростков и очень любила свою работу. Можно сказать, сделала карьеру: стала там директором. А потом, в начале 1990-х, ушла на пенсию. И сразу оказалось, что я, как и другие пожилые люди — ноль. Смириться с этим я не могла и начала работать в клубе для пенсионеров, организовывала там разные вечера и лекции. Тогда такие центры в подметки не годились нынешним, но они существовали. Там работали и театральные, и музыкальные, и танцевальные студии, постоянно что-то происходило, но ни пресса, ни телевидение, ни общество ими не интересовались. Мне это причиняло боль, поэтому я хотела показать всей стране: пенсионеры — люди, которые могут очень многое, поскольку у них есть опыт, энергия и время.

Постепенно возникла идея организовать парад пожилых людей. Я пошла в мэрию, а там ответили, что провести такое шествие — дорого и никому это не нужно.

И все же я хотела показать, как выглядит другая старость. Показать, что старый — не значит неловкий, беспомощный или некрасивый. Наконец я нашла фонд Zaczyn, который взялся за организацию парада. На первое шествие, которое мы провели в 2014 году, в столицу съехалось более 16 тысяч человек со всей Польши. И тогда общественность увидела: старость может быть яркой, веселой и красивой. Мы проводили такой парад каждый год, пока не началась пандемия.

Другое поколение воспринимается иначе

В молодости я попутешествовала по миру. Возможно, это и повлияло на меня. Впервые выехала в 1973 году — в США. Мой первый муж, профессор университета Адама Мицкевича в Познани, получил двухмесячную научную стипендию в Америке и взял меня с собой. Меня очень удивляло, что на Западе 16-летние подростки уже могут вести самостоятельную жизнь. Дети врачей, профессоров и других уважаемых, известных, богатых людей в 12 лет разносили газеты: для них было абсолютно нормальным зарабатывать карманные деньги.

Мне, воспитанной в другой культуре, это казалось странным. У нас ведь как было: если ребенок зарабатывает, значит, в семье денег нет. А там дело было не столько в средствах, сколько в воспитании самостоятельности. Мы в Польше наконец пришли к пониманию этого, хотя до сих пор находятся те, кто считает, что за ребенком нужно присматривать до старости.

Дети не обязаны посвящать жизнь родителям. Могут, но не обязаны. У меня два прекрасных сына, и когда мы собираемся с их семьями, разговариваем, вспоминаем, смеемся, я чувствую бесконечное счастье. Для меня очень важно, что они хотят встречаться и посвящают мне свое время.

В жизни пожилых людей много одиночества. Если даже у нас есть семья, мы в основном одни. Старшие люди, несмотря на хорошие отношения с младшим поколением, воспринимаются иначе. Да, их приглашают в гости, но если они не придут — тоже хорошо. Однако в наши дни отношение к месту пожилого человека в обществе меняется. Во времена моей молодости большинство бабушек сидело дома, а сейчас поколение, которому за 60, удивительно деятельное. Эти люди приняли эстафету и демонстрируют свою активность.

DJ Вика. Фото: Кампер Пемпель / Reuters / Forum

За диджейским пультом

Старость — это просто еще один раздел жизни. Период, когда вы можете делать то, что всегда хотели, но на что не хватало времени в молодости.

Я показываю, что старость может быть красивой, а не серой и унылой. Знаете, можно и в 30 лет быть стариком, а можно оставаться молодым, когда тебе за 60.

Я уже почти четверть века за диджейским пультом. Выступала во многих европейских столицах. Мое первое выступление за границей — в Лондоне на открытии фестиваля польского кино «Кинотека». Играла и на парадах равенства в Праге и Варшаве. Я не делю людей на категории, для меня главное в любом человеке — добро и любовь.

Все началось на рубеже тысячелетий. В конце 1990-х я организовала вечеринку для пожилых и пригласила на нее диджея. Посмотрела, как и что он делает, на каком оборудовании, и подумала: я тоже так могу. Необходимая аппаратура была в нашем клубе, я купила только пластинки и научилась запускать музыку с компьютера. Конечно, реакция была разной. Кое-кто говорил что-то вроде: «Да какой из нее диджей? Включила какую-то музыку — и уже диджей». Но не я придумала, что человека, играющего на вечеринках, так называют. В интернете тоже кто-то писал, что бабушка в моем возрасте должна сидеть на лавочке возле дома, а не устраивать дискотеки.

Поначалу, конечно, мне было обидно слышать и читать подобные слова. Я все думала: неужели такая деятельность только для молодых? Но не существует занятия, предназначенного только для юных! Ладно, если бы я танцевала стриптиз, можно было бы сказать, что старухе уже нечего показывать. Но когда речь идет о музыке, возраст не имеет никакого значения. Со временем я перестала обращать внимание на негативные комментарии, потому что поняла: если у кого-то ограниченный взгляд на жизнь, я тут ни при чем.

С другой стороны, я получала множество благодарных откликов. Помню, один человек написал, что когда-то тоже играл, но потом перестал, решив, что уже слишком стар. А когда увидел меня, снова стал за пульт. С не меньшей симпатией обо мне отзывались молодые диджеи.

Чего хочет публика

В моем репертуаре много самой разной музыки. Сперва я смотрю, какая аудитория пришла на вечеринку. Одно дело играть для молодежи, а совсем другое — для старших. Кроме того, подбирая композиции, я учитываю регион, город или село. Например, в Подлясье любят диско-поло и клубную музыку, а вечеринка в Свентокшиском воеводстве не может обойтись без фолка.

Я играю для людей и хочу, чтобы они танцевали и веселились под свою любимую музыку. Иногда вижу, как у некоторых на глаза наворачиваются слезы, когда они слышат ту или иную песню.

Возможно, мои вечеринки любят за то, что за те шесть-семь часов, когда я за пультом, я дарю людям радость, стараюсь вернуть им самые дорогие воспоминания.

У каждого есть право выбора. Кому-то нравится ходить в оперу и филармонию, а кто-то обожает диско-поло. Вкусы людей часто зависят от уровня образования. Одни учились музыке с детства, поэтому хотят слушать сложные композиции. А другим нравятся простые ритмичные мелодии с понятными словами. Для меня же всякая музыка прекрасна.

В поисках дома

Музыка присутствовала в моей жизни с самого рождения. Ее обожал дедушка. Он работал начальником железнодорожной станции, а в свободное время пел в церковном хоре и играл на органе в костеле. Помню, у него на стене висели гитара, мандолина, скрипка и даже был маленький орган. Когда мы приезжали в гости, он всегда давал мне цимбалы. Большая семья собиралась за столом, мама и ее сестры великолепно пели, а их братья играли на баяне и скрипке. Это было прекрасное время. А потом война всему положила конец.

Я родилась в поселке Подсвилье на территории современной Витебской области Беларуси в конце 1938 года, и мое детство было печальным. Родители были образованными, с кое-каким имуществом и деньгами, так что их внесли в списки тех, кого вывозили в Сибирь. Поэтому мы были вынуждены постоянно убегать, скрываться по знакомым, переезжать из одного населенного пункта в другой. У нас долгие годы не было дома. Я даже не могла никому сказать, кто я, из какой семьи, кто мои родители. Помню, в Вильнюсе мы жили у каких-то знакомых в крохотной квартире, и наша кровать был спрятана за книжным шкафом.

Позже, уже после войны, в 1946 году мы уехали в Польшу — сначала во Вроцлав, потом в Варшаву. Ехали месяц, поездом, в вагонах для бедняков. Поначалу в Польше приходилось тяжело, к нам относились как к русским, хотя мы были поляками.

Возможно, именно из-за всего пережитого в детстве одной из самых больших ценностей в жизни я считаю дом и покой. Это основа, особенно для того, чтобы воспитывать детей и прививать им достоинство, веру в собственную ценность, уникальность. Дом дает силу, когда тебе в нем постоянно говорят, что ты красивый, замечательный и любимый.

Что такое счастье?

Я много работаю. Играю сеты минимум два раза в неделю. Иногда они продолжаются до четырех утра. И все это время я на ногах. На следующий день я долго сплю, потому что мне нужно восстановить силы. Встаю, только чтобы покормить и погладить двух своих котов. Я никогда не курила и не употребляла алкоголь. Стараюсь правильно питаться, есть меньше жирного и копченого. Правда, очень люблю выпечку и не хочу от нее отказываться. Все эти, казалось бы, очевидные вещи на самом деле приносят в жизнь много удовольствия.

Не люблю просить о помощи. Самостоятельность — вот что долго удерживает нас при жизни. Независимость дает силу.

Я ни в чем себя не ограничиваю, в состоянии содержать себя и котов — для меня это те маленькие удовольствия, из которых состоит счастье. Ведь счастье, о котором все столько говорят и повсюду его ищут, — это внутренняя радость. Поэтому нужно так организовать свою жизнь, чтобы было больше вещей, приносящих эту радость.

Я счастлива, что не болею, что могу пойти в магазин и купить сумку за 70 злотых около 15,4 евро на распродаже. Она не должна стоить десятки тысяч. Правда, у меня и нет таких денег, но если бы были, я бы отдала их на благотворительность, к примеру, на приют для животных.

***

Человек живет до тех пор, пока ему интересно. Когда интерес пропадает — человек умирает. В пожилом возрасте нам нужны увлечения, любимые занятия, приятная компания, хорошие отношения с семьей и друзьями. Я знаю одну женщину, ей 92 года. На вечеринках она так зажигает и танцует, что я не могла поверить, что ей столько лет. Вот смотрю на нее и хочу так же жить в ее возрасте.

Мой совет прост: победите страхи, успокойтесь, заботьтесь о себе, наконец полюбите себя, станьте немного эгоистами. Вкладывайте больше в себя, а не в детей или внуков. Жизнь — это самый большой дар.

Записала Олена Мищенко

Перевод Ольги Чеховой

  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK
Олена Мищенко image

Олена Мищенко

Журналистка, теле- и радиоведущая. Живет в Варшаве с 2017 года. Стипендиатка польско-американской программы имени Лейна Киркланда, во время…

Читайте также